Дело в том, что в Византии не существовало закона о престолонаследии. Императоров фактически ставила армия и знать. Она же их и свергала. В результате, в империи было порой по несколько императорских династий одновременно. И по несколько императоров на троне. В описываемый период царями были два брата: умница и аскет Василий II и гуляка и распутник Константин VIII, который управлением империей не занимался. Помимо правившего императорского дома, была еще династия Фока, и династия Цимисхиев. И все их представители хотели иметь на троне своего родственника. Фоки и Цимисхии стали императорскими династиями благодаря матери Василия II - императрице Феофано. Эта история очень характерна для Византийского двора. Феофано была дочерью трактирщика, но благодаря феноменальной красоте привлекла внимание сына императора Константина VII Багрянородного Романа. Роман женился на девушке, которой так нетерпелось стать императрицей, что через год после свадьбы, в 959 году она, по слухам, отравила тестя. Спустя еще 4 года она изменяет мужу с популярным полководцем Никифором Фокой. Чтобы Роман II не мешал их роману, она отравила его тем же ядом, что и отца (по другой версии, он упал с лошади). Императором стал Никифор Фока, а она - его женой. Однако, Фоке был 51 год и он не мог удовлетворить любовного пыла молодой супруги. И через 6 лет она сменила его на другого полководца - Иоанна Цимисхия. Фока был убит в собственной спальне, а Цимисхий стал императором. Однако, наученный горьким опытом предшественников, он не стал жениться на Феофано, свалил на нее вину за смерть Никифора и сослал в отдаленный монастырь, в Армению.

Но у Феофано подрос достойный сын. Как только Василий II, ставший формальным соправителем Цимисхия, достиг совершеннолетия, император был отравлен медленным ядом. Естественно, что родственники Фоки и Цимисхия жаждали мести. Фоки и в предшествующие века имели на престоле своих императоров, и особенно страстно мечтали вернуть себе трон. Другие знатные роды тоже не прочь были поучаствовать в борьбе за корону. Поэтому, при каждом удобном случае они поднимали восстания и устраивали заговоры, добиваясь престола. Именно такое восстание поднял в 987 году в Малой Азии Варда Склир, дальний родственник Никифора Фоки. Василий послал на его подавление войско под командованием Варды Фоки, племянника убитого Никифора. Но тот, победив повстанцев, объединил с ними силы и провозгласил императором себя самого. Тогда Василий, находясь в отчаянном положении, попросил военной помощи у Владимира. Тот обещал ее предоставить в обмен на обещание Василия выдать за него замуж сестру императоров принцессу Анну. Владимир выполнил свое обещание, отправив в Малую Азию шеститысячную дружину. Она приняла участие в снятии осады Константинополя весной 988 г. и в генеральном сражении при Авидосе, состоявшемся 13 апреля 989 года, сыграв в победе правительственных войск решающую роль. Получив известие об этом, Владимир летом 989 года (напомним, что навигация на Черном море открывалась в мае, а принцесса могла приехать только по морю - сушей было слишком опасно) отправился встречать невесту к днепровским порогам. Для этого он оставил Рогнеду - законную жену (которая родила ему множество сыновей, включая будущего князя Ярослава Мудрого), и несколько сотен наложниц, размещенных не только в Киевском Детинце, но и в нескольких крепостях.

Однако, Василий и не собирался выдавать Анну за Владимира. За годы, прошедшие с момента ее рождения, ее всеми правдами и неправдами НЕ выдали замуж за нескольких европейских королей и князей. Все это считалось для порфирородной принцессы мезальянсом. Умудрились перехитрить даже германского императора, семья которого была, вроде бы, ровней византийским правителям. Тем более, никто не собирался выдавать ее за “темного варвара”. Поняв, что его обманули, Владимир в конце лета 989 года собрал войско, направился в Крым и осадил Херсонес. Такой метод убеждения был избран князем не случайно. Именно этот город мечтали поставить под экономический контроль русские купцы. Именно Херсон спекулировал товарами русского экспорта, забирая себе львиную долю барышей. И, кроме того, именно здесь Владимир рассчитывал найти себе союзников. Осада началась, видимо, в начале осени, и в течение 6 месяцев была абсолютно безуспешной. Войска киевского князя стояли у западных стен города, в районе нынешнего пляжа Солнечный. Опыта штурма каменных крепостей у них не было, и взять город силой не получалось. Пробовали засыпать ров и присыпать к стене вал, но горожане прорыли свой подкоп и уносили забрасываемую осаждающими землю, ссыпая ее посреди города. Взбешенный Владимир, которому тогда было 29 лет, заявил, что будет стоять под стенами хоть три года, но город возьмет.

Херсон того времени был прекрасно укреплен и отлично подготовился к осаде: достаточными были запасы продовольствия, город получал воду по старинному римскому водопроводу, да и дождевую влагу здесь собирать и хранить умели. Предполагают, что византийцы столь полно господствовали на море, что умудрялись подвозить продовольствие на кораблях и доставлять его в город по подземному ходу (Херсонес был окружен стенами со всех сторон, в том числе и с моря). Перелом наступил, когда кто-то из симпатизировавших осаждающим людей послал в стан Владимира стрелу с запиской. По одной версии, это был варяг Жадберн, который советовал разрушить подземный ход и указывал на место его расположения. По другой этим предателем был грек Анастас, занимавший впоследствии пост новгородского архиепископа в течение 42 лет. В своей записке он указывал на место расположения водопровода и советовал перекопать и перекрыть его. Как бы там ни было, город, по словам летописцев, продержался еще три месяца и, истомленный голодом и жаждой, сдался на милость победителя. Это произошло в начале весны 990 года. Владимир обошелся с Херсоном по тем временам довольно “мягко”: убил правителя, изнасиловал его дочь, а город ограбил. Когда, спустя несколько месяцев, он уходил домой, то забрал с собой ценные иконы, статуи, редкие книги, церковную утварь, и даже главную реликвию Херсонеса - мощи святого Климента. А пока он остался в городе дожидаться Анну. Ел, пил и пировал со всем войском. Правда, согласно легенде, с ним случился недуг: князь внезапно ослеп. Но когда он принял крещение в купели, зрение к нему вернулось. Считается, что с этого момента Владимир истинно уверовал в Господа. Императорам ничего не оставалось, как отправить двадцатипятилетнюю Анну выходить замуж за “варвара”. В сопровождении митрополита и сотен приближенных, она прибыла в Херсон, видимо, к началу лета 990 года. Полагают, что и крещение, и бракосочетание состоялось Уваровской базилике, бывшей кафедральным собором Херсонской епархии. Собор, в котором крестился Владимир, согласно русскому летописному преданию, назывался собором св. Василия. Поэтому, князю при крещении было дано имя Василий. В подарок жителям захваченного и ограбленного им города Владимир построил церковь на горе Ликофрос, в том самом месте, куда жители во время осады ссыпали выносимую из подкопа землю.

После официального перехода Руси к христианству, ее разнообразные связи с Херсоном значительно окрепли. Сотни образованных, но бедных херсонцев искали и находили в славянской стране применение своим талантам. В Херсонес постоянно приходили торговать русские купцы, на Русь вывозились изделия ремесла и предметы культа, священные реликвии. В древнерусском языке утвердилось слово “корсунский”, означающее применительно к предметам культа их греческое происхождение. В Софийском соборе Великого Новгорода сохранились иконы, возможно, вывезенные из Херсонеса еще Владимиром, и даже так называемые Корсунские врата. Херсон-Корсунь прочно вошел в психологию восточных славян как место получения знаний и обретения веры.